АРТ-АЗБУКА GiF.Ru | Хранитель утопий

Хранитель утопий
Досье: Юрий Аввакумов

Юрий Аввакумов – собиратель нереализованных архитектурных проектов. Чего только нет в его архивах – от дворца Василия Баженова XVIII века до Дворца Советов, что так и не вознесся над взорванным храмом Христа Спасителя, от устремленных в будущее поисков русского авангарда до постмодернистских опусов "бумажных архитекторов", грезящих о прошлом. Виртуальные проекты органично чувствуют себя в пространстве интернета на сайте www.utopia.ru.

Аввакумов – архитектор, не чурающийся изобразительного искусства, художник, предпочитающий кисти работу со словом, куратор, фотограф.: В общем, человек, создающий свой мир на пограничных территориях, которые еще недавно казались ничейными и необитаемыми.

- В 1984 году вы были организатором первой выставки "Бумажная архитектура" в журнале "Юность". Как возникла ее идея? Это был чисто концептуальный ход?

- Нет. Первая экспозиция появилась потому, что у архитекторов в то время выставок не было вообще. А показывать было что, например, проекты, которые мы уже три года как посылали на западные концептуальные конкурсы и получали (ко всеобщему изумлению) премии. С этой выставки началась моя кураторская деятельность, хотя словом "куратор" я не пользовался до середины 90-х: мне казалось, все, чем я занимаюсь – списки, слайды, письма, лекции и прочая рутина – это просто общественная обязанность.

- Бумажная архитектура привязана если не к местности, то ко времени?

- В некотором смысле, да. К началу перестройки бумажная архитектура как концептуальный жанр развиваться перестала. Выставки еще продолжались, а архитектурного развития почти не происходило. Поскольку поисковой архитектурой можно заниматься либо от безысходности, либо, наоборот, от хорошей жизни, то последние лет пятнадцать ею у нас никто и не занимается.

Безысходности нет, но и хорошая жизнь пока не наступила.

С начала 90-х большинство "бумажников" обратились к реальной практике, создали свои бюро. А в конкурсах перестали участвовать еще раньше, в 1988. В 1992 году, когда сборная выставка "Бумажной архитектуры", объездив полмира, вернулась домой, я устроил прощальную экспозицию в Московском архитектурном институте, нашей alma mater. Это были похороны бумажной архитектуры. Тогда же всю коллекцию приобрел банк "Столичный", а в прошлом году господин Смоленский подарил ее Государственному Русскому музею. Бумажная архитектура перешла в архив истории искусства, что меня, конечно, радует.

В общем, бумажная архитектура – явление, возникшее на границе архитектуры и изобразительного искусства. Там же, на этой границе, она и осталось.

- Почему из тех идей ничего не было использовано?

- Бумажная архитектура – сублимированный и герметичный жанр. Это "проекты проектов", прожекты, говоря по-русски. В них есть энергия, но не заложено позитивной программы реализации. Этим бумажная архитектура отличалась и от своих предшественников 20-х и 60-х годов, и от концептуальных проектов западных современников. Как Центурии Нострадамуса от Города Солнца Кампанеллы. Чем, может быть, бумажная архитектура мне и дорога. Хотя утверждать, что в проектах, получавших призы от всемирно известных зодчих, не так уж много архитектурных идей, а только симпатичная графика и литература, могут люди, либо от архитектуры далекие, либо, напротив, профессионально завистливые.

Можно еще сказать, что мы играли в те времена в замечательный, но все же любительский футбол. А для того, чтобы перейти в лигу профессионалов, требовалось очень многое. В том числе и то, что не зависело от участников тех дворовых соревнований. Я имею в виду целый комплекс профессиональных, цеховых навыков, строительный, инженерный, искусствоведческий корпус: Полагать, что "проект проекта" должен легко перейти в рабочие чертежи, а потом в натуру, в нашем климате: несколько наивно. Такого не могло быть по определению.

- Но разве бумажная архитектура не предвосхищала новые возможности?

- Она использовала поэтическую, пространственную компоненту архитектуры. Использовала образы высокого/низкого, тяжелого/легкого, темного/светлого, закрытого/прозрачного, то есть такие переживания пространства, которые заложены в человеке с рождения и существуют тысячелетиями. В этом смысле бумажная архитектура не предлагала ничего нового, кроме принудительно забытого старого. Она предлагала понять, что архитектура ФСБ (фундаментных стеновых блоков) к этим переживаниям никакого отношения не имеет. По тем временам это был сильный этический вызов.

Но при этом она только понаслышке знала о строительных технологиях, существующих в другом, более развитом обществе. Поэтому, когда потребовалось ее этические или сугубо художественные мотивы реализовать, выяснилось, что к этому мало кто готов. Если честно, вообще никто не готов.

(продолжение статьи читайте в N16-17 журнала "Креатив&creativity")

11.11.2004

Источник: Creative-mgz.ru
Автор статьи: Жанна ВАСИЛЬЕВА - все материалы

Досье: Юрий Аввакумов

К списку раздела «Арт-критика»
Арт-Азбука