АРТ-АЗБУКА GiF.Ru | Фестивали искусств

Фестивали искусств
Досье: Галерея Марата Гельмана - 15 лет

Первый раз я встретил Марата Гельмана, когда работал в галерее "Лаборатория ", в центре современного искусства на Якиманке. Это был, наверное, год 1994. Уже тогда Марат казался недосягаемым авторитетом – во всяком случае, это был единственный тогда галерист, который на вернисаже не тусовался в толпе среди гостей, а сидел у себя в кабинете, что создавало вокруг его личности ореол загадочности. Наше активное общение началось позднее, в 1998 году, когда Марат мне предложил заняться его интернет- проектами. Это было на каком-то вернисаже, и недоступный идол оказался вполне демократичным человеком. Кстати, именно с легкой руки Марата за мной закрепилась кличка "Спайдер", хотя, когда я уже не работал в галерее "Spider&Mouse " – он предложил мне писать в интернет под этим именем. Очень быстро наше сотрудничество в области Интернета сильно расширилось. Вначале я вел всю текущую работу, которая была на Guelman.ru, потом мы вместе, практически с нуля, сделали сайт Gif.ru, который и по сей день очень неплохо себя чувствует и в рамках которого я по сей день с Маратом сотрудничаю. Мы также сделали информагентство "Культура", которое в 1999-2000 году было просто культовым ресурсом. Затем, уже в офлайне, пошли фестивальные проекты.

Марат начал заниматься достаточно новым для современного искусства видом деятельности, как организация больших эвентов в области искусства. В середине 1990-х наши художники, как и многие продюсеры, кураторы в области культуры, выглядели со стороны не очень убедительно – как кучка каких-то странно одетых маргиналов в грязных ботинках. Сейчас, когда много крупных спонсоров и меценатов, и даже Министерство культуры делает огромные выставки российского искусства за границей, поддерживает художников и кое-какие интересные проекты, трудно себе это представить. Но в то время это было абсолютно новым и неожиданным решением – организовывать крупные истории, представлявшие собой синтез искусств: помимо изобразительного искусства, туда входили и музыка, и литература, и хореография, и много что еще. Я имею в виду фестивали "Неофициальная Москва", "Неофициальная столица" и "Культурные Герои XXI века". Все они делались на предвыборные деньги, но это не акцентировалось. Наиболее "предвыборным" из них был фестиваль "герои XXI века", который делался на деньги Сергея Кириенко, и у него был самый большой масштаб.

Эти фестивали тогда в глазах многих придали независимому искусству определенную социальную значимость, и для многих художников или продюсеров это были первые опыты общения напрямую с источником денег. С этой точки зрения опыт фестивалей оказался и важным. Заслуга Марата в том, что он всегда мог убедить своих политических клиентов потратить еще какое-то количество денег и на искусство тоже, имея в виду, что искусство будет таким мягким фоном для предвыборных кампаний, без явной политической окрашенности. Я вообще удивляюсь убедительности и определенному безрассудству Гельмана, которому удавалось этих людей провоцировать на какие-то совместные действия в области искусства. Проблема еще ведь в том, что большинство наших демократов – те же самые комсомольцы, не изменившиеся ни на йоту. Скажем, сам Кириенко – абсолютно адекватный человек, воспринимающий современное искусство, но у него же работают десятки человек исполнителей! И чем глубже в аппарат, тем сильнее это выражено – поэтому понимания, конечно, с той стороны было немного.

Лично для меня сотрудничество с Гельманом означало конец кураторской деятельности и начало работы совершенно нового типа – менеджмента в области искусства, администрирование крупномасштабных мероприятий. Кураторство здесь могло осуществляться другими людьми, не обязательно отслеживать каждый шаг, если доверяешь кураторам. Главное было – создать правильную атмосферу, подобрать правильных людей и настроить их на правильную волну. Если я, как администратор, что-то и курировал сам, то это именно общий стиль, драйв, настроение.

Вместе с Маратом у нас было, в общей сложности, четыре проекта: сначала "Неофициальная Москва", потом "Культурные герои XXI века", потом Питерский фестиваль "Неофициальная столица", и затем, после некоторой паузы, "Неделя Уорхола в Москве". Тремя из них я, по сути, руководил – но первым, самым важным в смысле наработки опыта, руководил сам Марат. На нем создавались и апробировались новые технологии, с помощью которых выстраиваются такие масштабные события. Я же в рамках "Неофициальной Москвы" сделал одну немного странную, но очень привлекательную акцию, идея которой принадлежала Марату, которая затем частично была повторена на первом фестивале "Арт- Клязьма". Я выбрал обычное студенческое общежитие в районе метро "Дмитровская", где жили студенты, в каждой комнате либо была повешена картина, либо реализован какой-то арт-проект. Вообще, первоначальная идея была сделать выставку просто в жилом доме, в квартирах обычных людей. Но по понятным причинам это не получилось, и вот возникло общежитие. Получилась "Выставка современного искусства в общежитии". Выглядело это, конечно, совершенно необычно, и доставило всем участникам – и кураторам, и художникам, и посетителям, и самим студентам – просто невероятное удовольствие. Это был просто социальный прорыв – современное искусство, растворенное в настоящей жизни.

На остальных трех мероприятиях, по сути, использовались те же лекала, что и на "Неофициальной Москве". Даже на "Героях XXI века" мы, несмотря на то, что полем нашей деятельности уже была вся территория России, все равно руководствовались нашими старыми принципами. Мы с Маратом придумали всю его сетку часа за два, сидя в маленьком офисе на Зубовском бульваре. Были найдены сорок талантливых продюсеров и кураторов в области искусства. Исходя из этого принципа мы предположили, что каждый такой человек, будучи одной из самых ярких личностей в своем городе, способен разобраться не только в том, чем он занимается непосредственно (например в рок-музыке или в арте), но и во всей ситуации с современной культурой в своем городе, поскольку в провинциальных городах, как правило, это один круг и все между собой общаются и варятся в одном котле. Как показала дальнейшая жизнь, наше предположение было верным. Я же занимался организацией всех этих фестивалей в сорока городах, как мне это удалось сделать, я не понимаю до сих пор и если бы мне сейчас предложили что-то подобное, я бы, конечно, не согласился.

И вот, эти сорок человек на местах, которые знают местный контекст, художественный круг, они организовывали в своем городе фестиваль своей современной культуры. А дальше мы сформировали жюри, в которое входили и художники, и искусствоведы, и литераторы, и музыканты – одним словом, самые творческие и образованные люди, которых мы знали. Из членов этого общего жюри мы там была представлена. Возвращаясь, они давали нам свои замечания, что им там показалось самым дрей Ерофеев, который вытащил в Москву Шабурова и Мизина, то есть впервые свел этих художников вместе, актриса Юлия Рутберг, поэт Дмитрий Александрович Пригов, Елена Селина, которая ездила сформировали несколько команд, которые ездили по городам и отсматривали ту программу, которая интересным и что стоит показать в Москве. В качестве членов жюри работали Николай Дмитриев, Анво Владивосток и привезла оттуда много отличного искусства. Впрочем, всех этих людей и сейчас можно найти на сайте "Культурные герои XXI века", который жив и лежит на сервере Guelman.ru.

Все локальные фестивали проводились в основном в октябре-ноябре, а в декабре мы собрали огромную тусовку наших "героев", которые были замечены и рекомендованы уважаемыми членами жюри, в Москве. Это был гигантский художественный фестиваль, где многие познакомились, вышли на каких- то московских кураторов и продюсеров – особенно это касается музыкальных групп. Например, стали известны музыканты из Ижевска, Калининграда. Наверное, скоро возникнут разные апокрифы относительно того или иного начинания Марата Гельмана. Я могу внести в это дело посильную лепту, предложив рассказ о том, "Как Марат приехал в Питер". Это действительно было забавно: у Гельмана начался очередной политический контракт, и человек двадцать сели в один прекрасный день в поезд и просто приехали в Петербург. Откуда-то появился крошечный и невероятно симпатичный офис на Пушкинской улице, прямо напротив знаменитой "Пушкинской, 10". Можно представить ту степень авантюризма, которая тогда у нас была. Через несколько дней, проснувшись, мы вдруг осознали, что мы находимся в совершенно другом городе, где у нас не так много знакомых, и что через пару месяцев нам предстоит провести очень большую акцию – короче, мы просто обалдели. Но ничего – за неделю-другую нам удалось встретиться с самыми главными и самыми ключевыми продюсерами и кураторами в области современной культуры. Было по четыре-пять встреч в день, зачастую в одном и том же месте. И, несмотря на сильное предубеждение против политических денег, против радикального искусства (в лице Кулика, например), против продуктивной деятельности как таковой, что очень в духе питерской богемы, нам удалось прошибить стену недоверия, и произошло это достаточно быстро. Нельзя не отдать должное огромной воле и большой трудоспособности Марата – когда у людей что-то не получается, они обычно опускают руки, а он – нет. Предубеждение пришлось преодолевать все-таки долго, но принципиально нам удалось договориться со всеми теми персонажами, которые нас интересовали – на тех или иных условиях. С нами сотрудничали все лучшие кураторы города Санкт-Петербурга – Тимур Новиков, Олеся Туркина, Сергей Ковальский, Марина Колдобская, ... (из клуба Грибоедов), Глеб Морев, Андрей Хлобыстин. Была сделана совершенно изумительная книга – "Неофициальная столица", своеобразный путеводитель по независимому художественному Питеру того времени. Я думаю, что за прошедшие с того момента шесть лет актуальность некоторых статей не только не уменьшилась, но и возросла.

Так или иначе, через три месяца после того, как мы приехали, в Санкт-Петербурге состоялся фестиваль "Неофициальная столица", объединивший более пятидесяти отдельных событий, который, я думаю, вспоминают там до сих пор. Фестиваль не имел никакой политической окраски, и, надо отдать должное, серьезно изменил культурный фон города. Ведь Питер – не Москва, где чтобы действительно что-то изменить, надо биться головой о стену лет десять, выходить голым на Красную площадь и так далее. В Питере же оказалось достаточным сделать одну масштабную акцию. После фестиваля многие из людей, с которыми мы общались и сотрудничали, получили предложения от каких-то продюсеров, от властных структур – то есть работа, начатая тогда, получила продолжение.

Нужно разрушить миф, связанный с Гельманом и его командой, приписывающий ему какие-то особые, мафиозные приемы и способы контроля событий – если бы мы не сотрудничали с самыми лучшими и интересными людьми города, ничего бы не получилось. Успех обеспечивался в основном тем, что талантливые люди тянутся друг к другу – например, у нас участвовал и Курехинский фестиваль, и театр Могучева, которые сами по себе в состоянии привлечь публику, а когда они соединяются, эффект удваивается.

Последним большим фестивалем, который мы делали, был проект "Неделя Энди Уорхола в Москве". Проект этот был инспирирован выставкой Энди Уорхола, которую тогда привезли в Пушкинский музей. И, поскольку она была не очень репрезентативной, было решено дополнить выставку какими-то мероприятиями, связанными с феноменом Уорхола в мировой культуре. Это была героическая история про то, как мы делали фестиваль, под который финансирования так и не нашлось – точнее, нас поддержало только американское посольство в Москве, которое взяло на себя проведение научной конференции в Пушкинском музее и кинофестиваля. Его я считаю самым главным событием "Недели Уорхола в Москве". Было еще несколько очень смешных локальных событий, типа выставки подарков Энди Уорхолу от русских художников. Или, к примеру, мы сделали еще прелестную маленькую выставку в библиотеке – выставку книг и альбомов Энди Уорхола. Был, кстати, проект "Уорхол connections", который курировала Ольга Лопухова. Это были работы русских художников, которые имели какие-то отсылки к творчеству Уорхола. Выставка Оли была своего рода предвозвестником "Русского поп- арта", который сейчас был показан в Третьяковке. Для меня наш последний с Маратом проект был прекрасный опытом – я научился работать практически без денег, это очень ценный опыт для человека нашей суровой профессии. Потому что делать большие проекты за большие деньги – очень трудно, но возможно. А делать то же самое без финансирования – самая высокая степень профессиональности.

Единственное, о чем я, по прошествии вот уже нескольких лет, жалею – что нам не удалось сохранить той команды, с которой мы все это осуществили, да в целом того типа работы. Как это часто бывает с пионерами, нам не удалось превратить то, что мы осуществили тогда, в свой постоянный род деятельности. Может быть, просто было немного рано – вот ведь сейчас, например, начали возникать какие-то рекламные, спонсорские деньги. Мне кажется, что такая форма, как фестиваль искусств, была очень правильная и очень тонкая находка – не случайно примерно ту же структуру использует сегодня Министерство культуры, делая, например, фестиваль русского искусства в Лондоне. Во многом здесь и наша заслуга, что не может не радовать. Ведь это означает легитимизацию независимого, молодого искусства, обретение им респектабельности. Вот, например, сейчас президент Путин открывает выставку современного искусства – я не хочу сказать, конечно, что это прямой результат работы Марата Гельмана, но это общий итог всех усилий нашего сообщества в социальной области. А что значат, к примеру, немыслимые очереди в кассы Третьяковской галереи в последние дни выставок "Русский поп-арт" и Энди Уорхола! Думаю, такого успеха не было бы, не проведи мы с Маратом в 2001-м "Неделю Уорхола в Москве".

25.01.2007

Автор статьи: Николай ПАЛАЖЧЕНКО (Спайдер) - все материалы

Досье: Галерея Марата Гельмана - 15 лет

К списку раздела «Арт-критика»
Арт-Азбука