АРТ-АЗБУКА GiF.Ru | Апология Чебурашки

Апология Чебурашки
Досье: Мухоморы

Константин Звездочетов и группа "Мухомор" в галереях "Дар" и "Москоу Файн Арт"

ОЙ! КТО ЭТО такой - маленький и грязненький?" - с шепотом восторга спросила меня подруга на вернисаже в галерее "Дар". - "Костя Звездочетов!" - "А-а, я его себе таким и представляла".

В "Даре" открылась выставка памяти "Мухомора": арт- и рок-группы конца 70-х. 20 лет назад, в сентябре, они отправились в Ясную Поляну, чтобы встретить там 150-летие Льва Николаевича Толстого. Но по дороге что-то такое случилось, и до Ясной Поляны они, кажется, так и не добрались. Косте Звездочетову 22 сентября стукнуло 40. Он - последний из могикан советской богемы: с лицом спившегося ребенка и манерами капризного пионера - человек, навсегда застывший в 70-х. Именно это обусловило его несомненный успех. Если подсчитать число его проектов, окажется: Костя давно перещеголял любого из своих сверстников. Выставок, в которых он участвовал, были сотни... Вплоть до Венецианской бьеннале и кассельской Документы. Как и когда он работает - непонятно: Костя всегда в тусовке, и всегда в тусовке идут разговоры о том, что "Костя уже исписался", или "Костя уже спился", или "Костя уже не работает: за него это делают негры". На своих выставках он обычно появляется в день перед вернисажем - прямо из воздуха: быстро делает всю работу, умело тюкая молотком и тыкая кистью, и при этом еще успевает бескорыстно помочь другим (если проект групповой).

В галерее "Москоу Файн Арт" открылась новая выставка Звездочетова - "Институт питания, или Зоосад". Пять очень молодых людей - Свен Гундлах, Константин Звездочетов, Алексис Каменский, Владимир и Сергей Мироненко - собрались в один кулак с названием "Мухомор". Они провели несколько перформансов и записали "Золотой диск" - первый пример настоящего анти(про)советского панк-речитатива. Благодаря бдительному глазу и большому уху партии их подрывная работа в искусстве и музыке была пресечена. А "Мухомор" вошел в хит-парад ВИА, "в творчестве которых допускается искажение отображения советской действительности, пропагандируются чуждые нашему обществу идеалы и интересы", на почетном четвертом месте из списка в 38 российских рок-групп, проигрывание магнитофонных записей которых в столице было запрещено Постановлением управления культуры г. Москвы от 28 сентября 1984 г.

При входе в "Дар" висит фотография "Мухоморов" с надписью: "Первое фото. 24 марта 1978 года". В 78-м они еще не были социально опасны. "Случай в котельной" (1979) - перфоманс, в ходе которого наглые денди злобно метелили одинокого труженика прямо на заводе. Так был реализован идеальный советский сценарий "хулиганства": налицо гады в узких брюках и замордованный пролетарий. С другой стороны, "Случай в котельной" - акт психотерапии и жест сопротивления, ведь в реальности был актуален противоположный сценарий: толпа рабочей молодежи бьет модника. Этот разрыв - один из основных источников "московского концептуализма". Для Ильи Кабакова важен был конфликт между "коммуналкой" и "голосом из репродуктора". "Мухоморы", как Кабаков, заимствовали советский язык и устанавливали критическую дистанцию к нему одновременно. Их творчество сделало интеллигентское "двоемыслие" 70-х эстетическим фактом. "Мухомор" не добился успеха. Их малочисленные работы почти не попали в музеи. Их музыка известна лишь узкому кругу историков русского рока. Фотографии их перфомансов плохи по качеству и интересны лишь узким специалистам. Но "Мухомор" породил Звездочетова - художника, который превратил апологию неудачи в удачный арт-проект. Корявость кисти и наивность мысли - то, с чем "нормальный" художник стал бы бороться и поборол бы, - за счет художественного результата. Звездочетов сделал "минусы" "плюсами": он их признал, отнесся с иронией. И превратил в стиль. Чебурашка - зверь до мозга костей советский (вспомним его субботник) и в то же время плюшевый: то есть зверь, сделанный из такого материала, который не может не вызвать симпатии. "Плюшевый социализм" - идеология интеллигента 70-х: при советской власти все хорошо, но хорошо бы, чтоб было помягче. Звездочетов - очень советский художник: про пограничников, про башни Кремля, но - тепло и с любовью. "Институт питания" - само это название напоминает о культуре НИИ - основном месте работы ИТР. А работы посвящены экзотическим зверушкам. Звездочетов - московский Чебурашка. Искренний идеалист с неуемной фантазией, выходец из теплой страны ("турецкая кровь" - одна из легенд о Косте). Нет грани между серьезностью и иронией, жизнью и игрой, неразделимы сам художник и то, что он создал. А "легенда о Звездочетове" летит по свету едва ли не быстрее, чем он сам. На станции Дно в вагон села провинциальная девушка, едущая до Бологого. "А-а, я знаю одного художника, москвича - Костя Звездочетов!", - сказала она. И москвичи-художники, сидевшие в купе, были сражены наповал. Часто его идеи кажутся бредом: к примеру, путешествие в Африку. Проходит пара месяцев, и скептики посрамлены: в их руках - каталог, а внутри - фотографии, из которых ясно, что в Африке, во-первых, есть современное искусство (в его европейском смысле), во-вторых, Костя туда доехал, и, в-третьих, там он сажал - что может быть нелепей? - картошку. Современные художники, добившиеся успеха, скучны как смертный грех. Они занудны, туповаты, настырны. Они не верят ни во что: ни в Бога, как классики, ни в революцию, как авангардисты. Только в деньги и только в успех. Костя может с равной силой рвать на себе рубашку, защищая Че Гевару или христианство. Распятый шут над грудой яблок - его работа для Урюпинского музея. Вот тот Спас, которому он подражает. А его троица - Трус, Балбес, Бывалый (герои мозаики для "Риджины"). Звездочетов - очень русский художник. Трудный подвиг эстетического юродства и очищающего кощунства, который он взвалил на свои хрупкие плечи, - роль, существующая лишь в русской культуре. Татлин работал в Париже слепым украинским бандуристом, чтобы выведать все секреты формы у тамошних мастеров. Целый мир вертелся вокруг алкоголика и психопата Зверева. Звездочетов - экспортный вариант русской души. Все ее недостатки и достоинства представлены в нем в их концентрированной форме: он может быть разнузданно хвастлив, как Ноздрев, и открыто великодушен, как Мышкин. И всегда в центре внимания: весь - в работе на публику. Жизненный артистизм - то свойство, которое сделало Звездочетова пожизненным всеобщим любимцем. Случайная компания волосатых в потертых джинсах, беременная женщина, два ешиботника и приблудный американец Тод Блудо - вот типичная аудитория "Мухомора" в те годы: конец 70-х - начало 80-х.

20 лет назад "Мухомор" собрал вместе "маленьких и грязненьких" с "большими и пижонистыми". Хиппанов со стилягами: так говорят фотографии. Все они были против советской системы. И все они находили свою нишу внутри нее. "Флуксус" - интернациональная группа молодых людей, которые занимались теми же проблемами, что "Мухоморы". Они выглядели также асоциально и были такими же врагами буржуазной системы. Сегодня "Флуксусы" - герои десятков монографий и сотен выставок. И они все еще ездят по миру со своими перформансами: седоватые дяди и полноватые тети старше среднего возраста в силах бегать по сцене и демонстрировать артистическое поведение. Эти живые скульптуры 60-х трогательны. Советский перформанс 70-х не создал себе бронзового памятника. Но свидетельством его витальной силы до сих пор остается жизнь Константина Звездочетова: вся - тотальный перформанс. На полу галереи "Дар" валяется "Маленький чемодан с изделиями группы "Мухомор". Чемодан - пуст. А творчество "Мухомора" - архив: факт советской истории, который выглядит так актуально, как свежий проект возможного будущего. И Звездочетов - последний партизан 70-х - все еще впереди.

29.09.1998

Источник: "Независимая газета"
Автор статьи: Михаил СИДЛИН - все материалы

Досье: Мухоморы

К списку раздела «Арт-критика»
Арт-Азбука